Alkar говорит: - О, меня зовут Алкар. Кто я? Можно сказать, что почти никто здесь. Простой путешественник.
Durt говорит: Кровопийца вошел в зал таверны и огляделся. Посетителей сегодня было немного, а значит, можно было спокойно посидеть и расслабиться.
Gideon говорит: Какие зеленомордые, однако, в Даларане обитают.
Ogash выходит из игрового мира.
Телиис говорит: - Довольно низкая у Вас самооценка, Алкар, коль считаете себя никем тут. - взяла бокал, затем вновь повторив вопрос, - Так какое вино?
Durt говорит: Столик, за которым Дурт расслабился в прошлый раз, был занят каким-то белобрысым эльфом. Орку пришлось сесть за соседний.
Alkar говорит: - Красное, неужели вы не можете этого увидеть?

Durt - молодой орк среднего роста со сломанным носом. Руки и грудь покрыты вуду-татуировками, глаза светятся красным. Голос орка звучит гнусаво.
Энтарей кричит: Гогнолы наступают! Спасайтесь!
Durt покосился на немертвого, узнал его, но промолчал. Тот вел себя нормально - вполне обычно для своего характера.
Энтарей говорит: Эй, двое, уйдите! Гонголы же наступают, вы должны защитить крепость!
Durt говорит: - А ты чего уселся? - лениво поинтересовался Дурт у мертвяка. Теперь голос орка звучит гнусаво и неразборчиво.
Энтарей говорит: Какая встреча! Я совсем недавно был где-то... Там еще растут пальмы и тепло очень. Ну и там водятся большие ящерицы.
Энтарей говорит: Низина Шолозар, вот. Я улетел оттуда и прилетел сюда!

Кахвайш говорит: Летима дальше.
Мегрец говорит: - И то верно, - орк сунул в карман штанов кусок какого-то сплава из бочки.
Кахвайш говорит: Что тут, мон?
Кахвайш говорит: тоже самый?
Мегрец говорит: - Еще один план, - Мегрец скатал бумажный лист в трубочку и засунул за пазуху.
Кахвайш говорит: Я приметил кое-что
Мегрец говорит: - Что именно? - поинтересовался орк, размахивая топором.
Кахвайш говорит: Смотри.
Мегрец говорит: - Спуск в шахту, - окинул взглядом каньон орк.
Кахвайш говорит: А это что?
Кахвайш говорит: ТАм пустоты? От выробатонной порода?
Мегрец говорит: - Шахта, не видишь чтоль, - Мегрец оглядел место вокруг, но не нашел никаких планов, и запрыгнул назад на змея.
Кахвайш говорит: Ман...
Кахвайш говорит: Бери планы и летим. Кажется, наша уже все шахты всполошила

Дажбаджи говорит: Хекс меня! Как это?!
Beily говорит: - Рассказывали, что у вас тут и виверны брехаться любят. Врали, однако.
Энтарей говорит: Сам не знаю. Оно само как то получается.
Barbarus говорит: *Орк поковылял ближе к магику, разглядеть занятный посох* Дашь посмотреть палку?
Garr говорит: - Чего тебе, Йом?
Йомрокх говорит: Чего застрявших-меж так много в город? *с опаской*
Beily говорит: - Могу только палкой, - мертвец моргнул, скаля зубы. - Не трогай то, чьей сути не ведаешь.
Garr говорит: - Ну... дак поди и спроси его, зачем он приперся? Мне-то почем знать?
Barbarus говорит: Ты что из кодоя собран? Палку дай, пока я не в вломил. Мне нравится она.
Йомрокх говорит: Ты же зул! *возмущенно*
Beily говорит: - Собственно, товар искомый я нашел, - похоже, Бейли рассуждал сам с собой, уставившись на крыши домов.
Durt говорит: - Вот именно, давай сюда свою колотушку. Нечего болтать.
Garr говорит: - И что с того? Я теперь должен каждый мертвяцкий пук пердвидеть?
Йомрокх говорит: Было бы неплохой
Beily говорит: - Я буду жаловаться! - передразнил Гайлардиа, гнусавя.
Зато тащит стол из таверны
Зато ставит на

Ogash говорит: - Тром'ка Дурт.
Durt говорит: Орк, осторожно скатившись по снежному склону, завалился рядом с костром: - Здорово, Огаш.
Durt говорит: - Странно в этих землях все, как-то странно. Почему-то я ожидал совсем другого, - большим пальцем Дурт поковырял корку снега.
Ogash говорит: - Чего же ты ожидал?
Durt говорит: Кровопийца усмехнулся: - Что-то вроде рая для вудуиста. Или, наоборот, ада. На деле все оказалост гораздо проще.
Ogash говорит: - Один хрен, в Седых Холмах по крайней мере не так холодно было.
Durt говорит: - Как будто ты особо мерзнешь в этих железках, - орк отмахнулся, - толстокожих типа тебя никакой мороз не возьмет.
Ogash говорит: - Ну мороз не возьмет, а вот ветер во все дыры задувает.
Ogash смеется.
Durt говорит: - Так заткни их тряпками, чтоб не дуло.

Бубоник говорит: - Нужно бы сходить на разведку, что там вокруг. Я не совсем доверяю картам Зато.
Кагзар говорит: - Мне нужно вернуться за своими вещами, - сказал орк, будто не услышал слова тролля. - Я схожу один.
Бубоник говорит: - Уверен, что один? Они далеко вообще?
Кагзар говорит: - Думаю, смогу вернуться к утру.
Бубоник говорит: - Тогда отправишься, когда стемнеет. Меньше шанс, что тебя заметят.
Кагзар говорит: Кагзар кивнул: - Надеюсь, ночные охотники меня не потревожат. Единственная проблема - пройти через магов. Если идти в обход - могу заблудитьс.
Кагзар говорит: заблудиться*
Бубоник говорит: - Заблудишься - найдем. Я знаю несколько отличных способов поиска пропавшего.
Бубоник махнул рукой подошедшему орку
Зато становится навытяжку и отдает честь.
Зато говорит: Где Грогаш?
Бубоник говорит: - Ну, ты это лучше должен зн

Rissy не может нарадоваться |3-4(Tincelle)!
Rissy не может нарадоваться |3-4(Tanariel)!
Durt говорит: Пригнувшись, кровопийца тихо поднимается вверх по лестнице.
Gideon говорит: Нет, просто если я застрелю себя, то некому будет застрелить тебя.
Rissy говорит: - А там сейчас ка-а-ак...
Beatrice тоже поднимается. Совсем не тихо.
Gideon говорит: И почему ступеньки такие неровные? *прищурился*
Rissy говорит: - бу-бу-бу.
Aszune оценивает взглядом орнаменты.
Rissy говорит: Перехватил топор. Мурлыкает что-то.
Beatrice говорит: - Опять эти барсы.
Gideon говорит: Хм, а можно мне такого же?
Beatrice говорит: - Нельзя. Он злой и тебя покусает.
Durt говорит: - Это не обычные кошки, - с благоговением произнес Дурт.

Tincelle говорит: - Вот невезуха, - неубедительно расстроилась Искра. - Что за жизнь? В Дарроушире - культисты, в Лейшире - культисты, забралась к черту на север,
Tincelle говорит: и тут два отморозка вознамерились принести в жертву. Шиш вам, подельнички. Идите, вон, ловите трапперов. Им уже все равно, они и так прокляты.
Stefan говорит: - Трапперы не подойдут, - тем же отмороженным голосом пояснил Стефан. - Раз прокляты, то, считай, это как оленина второй свежести.
Tincelle распуская язык, была готова ко всему. Например, отскочить подальше, если ее вольности не понравятся мертвяку.
Bloodseeker говорит: Кровопийца, подняв бровь, посмотрел на эльфийку и промолчал. Мало кто понимал, как сильно орк _верит_ и кем для него стали Лоа.
Stefan говорит: - А вот молодая, чистая и невинная особа, - то, что надо для жертвоприношения. Верно, Дурт?
Tincelle говорит: - А если и я? - полуэльфка шевельнула заклеймленным плечом. - Берите лучше Гидеона. Милсдарь Дурт его уже излечил, годен. Нев.. чего?
Tincelle смеется.

(Игни, ролл д100. если выше 75 - вин)
Игниус говорит: 1d100 = 90
Рыцарь по прежнему был недвижим. Изваяние из черного железа, источающее холод горных ледников: ему не был знаком язык, на котором Дурт обращался к своему божеству и поэтому Стефан полностью сконцентрировал свое внимание на восприятии мира вокруг.
В особенности, - на изменении магического фона вокруг камня.
Фон изменился. Если раньше он ощущался как зыбь, теперь же он сворачивался вокруг валуна тугой спиралью. Что бы не делал Дурт, у него это получалось.
- Продолжай, - глухо обронил рыцарь в адрес обернувшегося к нему орка. - Оно здесь.

[21:43:48] Деа говорит: Оно было голодным.
Когда-то это "оно" имело все основания зваться "он" и носило простое звучное имя. Шандор? Алекс? Неважно. Полусгнившее лицо уже не узнала бы и родная мать.
А оно было голодным и запросто выело бы утробу, что произвела его на свет несколько десятилетий назад.
Хижины трапперов около проклятой шахты давно опустели: кому-то удалось спастись, кто-то присоединился к неудачливым старателям в их посмертии. Потом и звери убрались подальше от разверстой каменной пасти, глотавшей одну жертву за другой. Жажда крови и плоти заставляла бывших шахтеров забираться все глубже в лес, и один из них напал на свежий, хорошо пахнущий след, ведущий прямиком на восток. К старой каменной лестнице.
(НРПГ: вы охраняете лагерь в разных точках. Ролл д100 на внимательность. Меньше 50 - не заметили. Больше 50 - заметили светящиеся глаза ).