Энтарей говорит: У меня есть руна телепортации в Сильвергард, но не думаю, что они его там держат. Может, в Лордероне?
Durt говорит: - Не знаю, нахрена он туда полез, идиот. Будет чего, если до сих пор живой, а не на алтаре распят, - Дурт повернулся к троллю, - да вот, идем +
Durt говорит: + собрата твоего вытаскивать из дерьма.
Энтарей машет рукой |3-2(Зекк).
Зекк говорит: *Зекк прикрыл глаза и поматал головой.* Тролля ищете вы?
Durt говорит: Орк оценивающим взглядом смерил тролля, выглядит вроде не слабаком: - Мы не ищем. Мы знаем, где тролль. который нам нужен.
Энтарей говорит: Именно. Такой, на тебя похож, тоже клыки, волосы, уши, ноги, руки, но молота не было.
Durt говорит: - А ты бы присоединялся, а не головой вертел. Помощь любая пригодится.

Stefan осторожно выглянул из-за угла. Приглушенно хмыкнул.
Stefan говорит: - Кого-то принесли в жертву. Либо кто-то сам так красиво умер.
Ogash говорит: - Если оно нас заметит, то убежать не успеем.
Stefan говорит: - Раньше надо было об этом думать. Когда шли сюда прогулочным шагом.
Durt говорит: - Оно уже знает, что мы тут. Просто, кажется, мы слишком мелкие и слабые, чтобы обратить на себя внимание, - невесело улыбнулся кровопийца.
Ogash говорит: - Думать? Это удел мудрецов.
Stefan говорит: повернув голову, глянул на орка. - Правда так считаешь? Ну тогда иди и подерись с этой хренью.
Stefan говорит: на Огаша*
Ogash говорит: - Мне вас жалко, зацепит еще.
Ogash смеется.
Durt говорит: - Надо было взять с собой ус Харкоа, вдруг пригодился бы.
Ogash говорит: - Чего мы тут стоим?

Zunbazin пристально смотрит на вождя.
Sherin говорит: Думаю, надо кого-то на охоту послать, иначе сегодня ляжем спать голодными.
Kahtar говорит: Думаю алтарь можно установить сюда *показал на этот камень* мы же взяли с собой алтарь?
Zunbazin говорит: Спех к успеху не ведет. "Себе под нос"
Gea наблюдает за постройкой постоянно прислушиваясь и принюхиваясь
Зизатал говорит: - Алтарем займутся жрецы позже, пока важнее растянуть шкуры. На охоту и разведку отправитесь чуть позже.
Zunbazin говорит: Нужно развести огонь, ночью здесь обитают злые духи павших созданий.
Sherin сложив вьюки у ребра, занялся растягиванием шкур
Sherin говорит: моны, мож мне поможет кто, а?
Antusang карапкается на кость
Gea почесал репу думая из чего же сделать костёр
Antusang помогая себе копьем
Sattavak протягивает верёвку раптору и помогает ему вскорабкаться
Зизатал говорит: - Мы взяли ведуна именно для того, чтобы отгонять духов, - Зизатал одарил хексера недовольным взглядом, - так что этим и займись.
Dorxan вскарабкался на кость, пару раз оступившись и чуть не слетев
Kahtar говорит: Как понять алтарь пойже? Лоа ждут *посмотрел с удивлением на вождя, затем что то пробурчал под нос*
Antusang стоит на вершине кости
Dorxan сверху о

Bloodseeker говорит: - А каким должен быть город орков? - Дурт перевел взгляд на Азун, - с клумбами и клоунами в тавернах?
Falconwing говорит: - Зная, что тебе пришлось пережить, не удивительно, что сочувствие ты отвергаешь.
Falconwing говорит: зная, ... я не удивлён*
Tincelle говорит: - За клоуна ответишь, - вяло огрызнулась Искра, чисто из-за скверного расположения духа.
Tincelle говорит: - Зная? - на губах полуэльфки зазмеилась пакостная ухмылка. - "Зная"? А что вы об этом знаете, милсдарь светлый рыцарь?
Falconwing говорит: - Горящий Дарроушир, к примеру, - выпустив очередную порцию дыма, ответил эльф.
Tincelle говорит: - Если говорят правду, что таких, как вы, не берет зараза, - Искра резким движением убрала со лба косую прядь, - то ни черта вы не знаете.
Falconwing говорит: - Такие как мы не всегда были такими.
Beatrice говорит: - Дарроушир... - припомнила синдорейка. - А у меня неподалеку от Дарроушира поместье было. Фамильное... - беловолосая невесело хохотнула и
Beatrice говорит: дернула огрызком уха.
Tincelle говорит: - Еще скажите, что тогда вы были ребенком, ничего острее ложки в руках не деравшим, - съязвила полукровка. Ее задевало, что здоровенный,
Tincelle говорит: гладкомордый паладин претендует на _ее_ беду.
Tincelle говорит: - Ага. Поместья, деньги, власть... Нещасные богатеи - столько потеряли, - делано сокрушилась Искра.

Под ярким солнцем Танариса тем утром двигались несколько сотен троллей с серой кожей, почти без поклажи, а просто взяв с собой самое нужное. Оружие, бурдюки с пресной водой и немного вяленого мяса. А еще ощутимая ненависть, которая вела их вперед по горячим пескам бесплодной пустыни, которая когда-то была их домом. Впереди всех шагал высокий тролль, крепко сжимавший в руке короткий меч, на его спину и были обращены взгляды большинства троллей. Это был их вождь, Зиз'атал, ведущий Песчаный Гнев назад в Зул'фаррак.

Зиз'атал обернулся и оглядел племя Песчаного Гнева. Пусть их немного, но их ярость способна отомстить, их ненависть даст им сил. Эти тролли пошли за ним, и он их не подведет. Короткая передышка в лагере - все, что сейчас нужно им, прежде чем идти на эту смертельную битву. Приглядевшись вперед, молодой вождь увидел огромный скелет какого-то животного, оставшийся здесь со старых времен.

Здесь они и остановятся. Посреди костей Песчаный Гнев вспомнят прошлое - как их прокляли, как их братьев убивали и как они сами убегали из этих земель. Пусть говорят, что ярость только мешает в настоящей битве, но Зиз'атал этому не верил - сегодня их злость и желание мести сыграют только на пользу. Пришло время мести. Пришло время Песчаного Гнева.

Tincelle говорит: - Здесь. Мы лазили наверх - нечему сваливаться нам на головы.
Aszune говорит: - И врагов, - добавила Азун.
Beatrice говорит: - Место неплохое. - синдорейка огляделась. - Тихо, спокойно... с виду.
Durt говорит: Дурт кинул мешок под дерево, рядом положил топор и закинул голову, уставившись вверх.
Aszune говорит: - Пусть запасливый Гидеон повесит гамак между стволами.
Gideon говорит: *показал язык* Гамака не взял, у меня с собой не туристический лагерь.
Tanariel говорит: - Уютненько - странница кивнула медведю и свесила ноги с камня.
Durt говорит: - Там земли драккари? они там?
Aszune говорит: - А чьи же еще.
Stefan говорит: - Здесь мы наименее уязвимы. - Стефан кивнул назад. - Скалы закрывают вид на лагерь для всех, кто подойдет к лестнице.
Tanariel говорит: - Вот только если нас вдруг прижмут, тикать будет некуда. - мрачно добавила эльфийка.
Durt говорит: Орк уткнулся лбом в холодный камень лестницы, пальцами руки нежно погладил кладку.
Stefan говорит: - Значит, квартироваться придется тихо, - невозмутимо отозвался рыцарь.
Garr говорит: Эт точно, - шаман кивнул.- Заметить трудно. Зажать легко.
Asterlaan говорит: - Всё хорошо, но как будет подниматься те, у кого доспех весит больше, чем эльфийка, а?
Beatrice говорит: - Первую вахту несут Заика и Гидеон. - распорядилась белобрысая. - Гарр, Дурт - ваша вахта вторая, до утра.

Durt говорит: - Что происходит? - орк посмотрел на озабоченное и уставшее лицо Беатрис.
Beatrice говорит: - Древний Бог дорвался до Гидеона.
Beatrice кивнула на связанного эльфа
Beatrice показывает на |3-3(Gideon).
Tanariel говорит: - А у полукровки клеймо культистов. - спешно добавила охотница.
Tincelle говорит: - А чего сразу я? - хмуро сказала Искра. - Я-то при своих мозгах. Просто не по себе, когда думаю, что могу сбрендить навроде вот этого.
Durt говорит: - Древний Бог? Тот самый, что в дереве? - кровопийца нахмурился и посмотрел на Гидеона.
Tanariel говорит: - Кажется я тут одна нормальная. - буркнула эльфийка всё торопливее почёсывая медведя
Gideon говорит: Да, ты котелок отмыл кстати? Хочу похлебки.
Beatrice говорит: - Да, тот самый, который в дереве. - эльфийка вздохнула. - Он засел у этого в рассудке и теперь что-то ему нашептывает.
Tanariel говорит: - Кишки на ёлкаааах. - загробным голосом напела странница и сама передёрнулась.
Durt говорит: - Этот идиот наверняка сам что-то натворил, - орк прижал ладони к лицу, раздумывая.
Tincelle говорит: - Еще он блюет кровью, - наябедничала напоследок Искра.
Tanariel говорит: - Я бы сказала, что он несёт бессвязный бред, но для него это обычная манера общения.
Durt говорит: - И как я понял, даже паладины не смогли его привести в чувство? - Дурт смотрит на Беатрис.
Gideon говорит: Даже не мечтай. Мне нет резона попадать под влияние старого бога.

Beatrice говорит: авантюристов.
Stefan говорит: - На ее месте могла бы быть ты, охотница. Это не букашка. Это человек.
Aszune говорит: - За ней обязательно придут. А мы наследили весьма.
Asterlaan кивает |3-2(Aszune).
Beatrice говорит: - Это не повод бросать в лесу ребенка.
Stefan говорит: - Тьма вас побери. Кто считает её обузой - убейте сейчас.
Tincelle говорит: - Олени затопчут, - Искра покосилась на ближайшего рогача. - Их тут целые стада.
Tanariel говорит: - А вы ещё на ордена ваши грешили. - пробурчала под нос. - И так как черепахи плетёмся, ещё всякую шваль подбираем.
Stefan говорит: - Это будет гуманнее, чем если её сожрет мохнатая тварь.
Tincelle говорит: - Идите вы нахрен - детей убивать, - высказала мнение Искра. Грубо, но искренне. - Дали надежду, значит, надо отвести домой.
Asterlaan довольный спрыгнул на землю. Удалось немного отдохнуть и восстановить дыхание.
Tanariel говорит: - Не надо было ничего давать.
Beatrice говорит: "девчонка развернулась к авантюристам. - Это таунка. Они добрые. - пояснила малышка."
Stefan не удержавшись, обернулся. Наградил охотницу брезгливым взглядом.
Tincelle говорит: - Каждая смерть - радость отмороженному королю, - фыркнула Искра. И вытаращилась на таунок, которых видела впервые.
Beatrice говорит: - Оружие убрать. - скомандовала Беатрис. - Страшных рож не корчить.
Stefan передислоцировался в хвост отряда. Причины тому были очевидны.
Tanariel презрение дохляка Тан волновало в последнюю очередь. Странница была очень зла и с лёгкость сливала своё раздражение на ребёнка.
Tincelle говорит: еще раз потерла вымазанную в гари физиономию. Чище она не стала.